Наследники Победы
Абдулино помнит!
В канун Дня памяти и скорби, вечером 21 июня, в Абдулино прошли посвященные этой дате акции «Свеча Памяти» и «Огненные картины войны».
Их участники с зажженными свечами колонной прошли по центральной площади города до мемориала воинам-абдулинцам, павшим в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.
Они почтили светлую память всех погибших при защите Родины минутой молчания. К мемориалу и Вечному огню участники мероприятия возложили живые цветы и поставили горящие свечи.
Из свечей и лампад на площади была составлена яркая световая композиция с изображением легендарной скульптуры «Родина-мать зовет!» и словами под ней — «АБДУЛИНО ПОМНИТ».
Очень большой ценой досталась нам Победа в той самой страшной и кровопролитной в истории человечества войне. За все ее годы на фронт ушли более 16-ти тысяч наших земляков-абдулинцев. Более половины из них пали на полях сражений.
И сегодня в ходе специальной военной операции наши земляки, как и их славные деды и прадеды в суровые годы Великой Отечественной войны, героически ведут борьбу с неонацизмом.
Мы в неоплатном долгу перед всеми, кто ценой своей жизни отстоял и продолжает отстаивать свободу и независимость нашей великой страны.
Вечная слава и вечная светлая память всем героям, погибшим в боях за нашу Родину!
Фото пресс-службы администрации округа
Строки память хранят
В канун юбилея газеты проведена большая работа с архивным материалом районки, среди прочей интересной информации найден очень большой объем воспоминаний очевидцев событий Великой Отечественной войны. Предлагаем и вам ознакомиться с ними.
Бронепоезд сквозь сердце прошел…
…Был в моей жизни бронепоезд, которому я вместе с моими товарищами помог родиться в нашем городе Абдулино. Об этом — особый разговор.
В 41-ом вызвался я, как и другие комсомольцы, пойти добровольцем на фронт. Да не пришлось повоевать: вышел в свет приказ Сталина о брони для железнодорожников, о необходимости их возвращения на рабочие места.
И вот — самое дорогое во всей моей жизни, о чем и спустя многие годы не перестаю вспоминать с волнением, с гордостью. Дни и ночи не отходили мы от паровоза, который заковывали в надежную стальную броню. Сваливались около своего детища — от многочасовой работы, от усталости. Подкреплялись наскоро (мне запомнились на редкость вкусные домашние пирожки, которыми оделяли друг друга) и опять за мужицкое дело свое…
Выкладывался и я вместе со своими земляками возле стальной брони будущего нашего «подарочка» фрицам. Спал накоротке в очередной раз на рабочем месте — и вдруг, как в бок кто толкнул меня: «Что, если сверла, которыми пробивали отверстия в броне для заклепок. Затачивать по-другому?»
Сна как и не бывало. Вскочил — и к мужикам: «Давайте, говорю, пробовать будем другую заточку, может, сверл будет меньше «лететь».
Работу, которую на нас возложили, мы завершили в срок. Бронепоезд отправили в Сызрань (это было поручено работникам и вагонного, и нашего паровозного депо). Конечно, и все мы, не командированные с ним в дальнейший путь, к местам сражений наших войск, были мысленно рядом со своим детищем. Так что и мы е оставались в затишье в суровые годы войны.
В. Лебедев, ветеран труда, почетный железнодорожник, 1992 год.
Тогда, в блокадном Ленинграде
В феврале 1990 года жительницу села Зериклы, пенсионерку Екатерину Иосифовну Краснову пригласили в Абдулинский военкомат, где состоялось вручение ей медали и удостоверения, присланных из Ленинграда, теперь, конечно, не блокадного, а красивейшего в мире Санкт-Петербурга. Удостоверение было подписано секретарем Смолькенского райсовета. Значилось в нем следующее: «Жителю блокадного Ленинграда». А на медали — надпись: «900 дней и 900 ночей блокадного Ленинграда».
Как же Катя попала в Ленинград? В 1936 году Иосиф Краснов, будучи вдовым, уехал, завербовавшись. В Ленинградскую область. С ними были 14-летняя Катя и ее брат Павлик 11-12 лет. Отец устроился на работу и трудился не покладая рук. После окончания смены он еще и подрабатывал — иного выхода не было. Ведь детей нужно прокормить, обуть, одеть.
Но сердцу не прикажешь. Иосиф сильно тосковал по Родине, по дорогим сердцу местам. По-видимому, тоска, горестное состояние и укоротили его жизнь: через год он умер, оставив Катю и Павлика круглыми сиротами, на чужбине. После смерти отца детей приютил Ленинградский детский дом.
Так они оказались жителями Ленинграда, где и встретили 1941 год, начало Великой Отечественной. Вот что рассказал об этом Катя:
«Оказались мы словно в кипящем котле, в аду. В небе как коршуны стаями летали немецкие самолеты, бомбили все подряд. С самолетов строчили пулеметы, не переставали грохотать пушки. Появились танки. Немецкие репродукторы — раз за разом — выдавали свои ультиматумы, даже приглашали молодых: « Приходите к нам вечером, угостим конфетами, будем веселиться. Мы вас не тронем!»
Жутко! С одной стороны — немцы, и здесь же, на глазах, отступали наши солдаты. Шла эвакуация людей. А эшелоны попадали под бомбежку. Нескончаемые мольбы умирающих людей, отчаяние…
Самой надежной защитой были бомбоубежища в подвалах, но здания то и дело рушились от бомб, заживо заваливало десятки, сотни людей. Сирены не переставали выть, словно зловеще предвещая еще более тяжелые дни.
Брата Павлика призвали в армию и я осталась одна-одинешенька. Всех направляли рыть противотанковые рвы, траншеи, окопы. Да мало ли и я, и мои подруги перерыли этой ленинградской земли, сами голодные, слабые? Впоследствии нас прикрепили к воинским частям. Стирали белье, ремонтировали, шинели, гимнастерки. Кто мог, вязал носки и варежки для солдат.
О бане забывали, о еде. Ночами, когда после неимоверной усталости вздремнешь часок, укутавшись в пропитанные потом лохмотья, немного забудешься, поднимает на ноги жестокая явь. Одно и то же изо дня в день: раненые на улицах, мертвые дети, старики. Даже хоронить которых было некому. Ведь ленинградцы и сами ходили полуживыми, едва передвигая ноги. Это те, кто чудом уцелел…
Вспоминаю о прошлом — и даже не верится, как могли мы, жители Ленинграда, перенести чудовищные трудности, выпавшие на нашу долю.
Все это прошло, все позади, обо всем не расскажешь. Даже теперь, когда прошло немало времени, перед глазами — город моего детства, который фашисты намеревались раз и навсегда стереть с лица Земли. Каков он теперь?
Позднее нас эвакуировали в Нижний Новгород (Горький). В начале 1943 года, откликнувшись на приглашение сестры, вернулась в родные края. Узнала, что брат мой Павел пропал без вести 18 февраля 1942 года. А я-то ничегошеньки не знала об этом. Не дай Боже, повториться тому аду, в котором я оказалась когда-то».
С. Пиксаев, 1992 год.
Сказ о знамени
В декабре 1941 года под Москвой я был ранен, пролежал несколько дней в столице, потом был эвакуирован в Абдулино.
В школе № 1 размещался госпиталь, в котором лечился до марта 1942 года. После выздоровления был зачислен в состав 105-й стрелковой дивизии, формировавшейся в Абдулино.
На общем построении на привокзальной площади командир дивизии полковник И. Романов принимал шелковое красное полотнище, подаренное трудящимися Оренбурга. Припав на колено, командир поцеловал кончик знамени, а мы ответили троекратным «Ура!» и винтовочным салютом.
В конце марта 1942 года дивизия была направлена ближе к фронту, в город Ржев, где пополнилась личным составом, получила дополнительное вооружение.
Дивизия была многонациональной: русские, грузины, башкиры, татары, узбеки и другие составляли ее полки, батальоны, роты. Под Воронежем перед боем мы получили от оренбуржцев письмо к бойцам 105-й стрелковой дивизии, которое быстро размножили и распространили по подразделениям.
Первый бой мы приняли 12 июля 1942 года на станции Графской в районе сельскохозяйственного института. 84 дня дивизия держала оборону у стен Воронежа. Противник беспрерывно атаковал наши боевые порядки, но бойцы не отступали ни на шаг.
А противник бросал все больше резервов на оборонительный участок 105-й стрелковой дивизии. Вновь прибывший командир дивизии полковник М. Микиладзе распорядился ввести в боевые порядки свои резервы и вынести на передний край подаренное оренбуржцами красное знамя. Бойцы-абдулинцы комендантской роты на машине доставили полотнище и установили его на возвышенности. Воины М. П. Жигулин, Н. А. Гришаев, М. И. Росяев, А. Ф. Багаев, З. Т. Новгородов, водители А. И. Коптев, С. К. Михайлов проскочили между кустарниками, в которых залегли немецкие автоматчики.
Противник прекрасно видел развивающееся знамя и был ошеломлен. В это время старший политрук И. Е. Якушенко крикнул: «Коммунисты, комсомольцы, вперед!» и увлек за собой в штыковую атаку. Впереди бежали автоматчики, среди которых был молодой воин А. Е. Рожков.
Атака фашистов захлебнулась. Опасность миновала. Бойцы видели впереди красное знамя…
Шло время. Дивизия с боями продвигалась на запад, освобождая города Старобельск, Славянск, Изюм, Новомосковск Днепропетровской области, Кривой Рог, Вознесенск, Тирасполь. За освобождение Новомосковска дивизия награждена Красным знаменем и стала именоваться Новомоскоской краснознаменной дивизией.
И сейчас в Оренбурге непосредственные участники этих боев: командир штрафной роты А. И. Кузьменко, старшина учебного батальона С. Д. Петрищев, начальник штаба полка А. С. Тарасенко, связист А. К. Арнушенко, фельдшер Л. Ф. Суленкова.
Вторично выносилось знамя на поле боя в августе 1944 года на Днестре, откуда дивизия делала прорыв в ходе ликвидации Яссо-Кишиневской группировки противника. Перед вступлением на молдавскую землю мы получили письмо из далекого Оренбурга, в котором говорилось о близости часа освобождения всей земли от фашистских захватчиков. Содержание письма было доведено до каждого солдата.
Вот так знамя, подаренное оренбуржцами, и письма воодушевляли солдат на подвиги.
Прошло много времени с тех незабываемых дней. И вот однажды на встречу ветеранов в Новомосковске Днепропетровской области в 1984 году привезли боевое Красное знамя 195-й стрелковой дивизии из музея Вооруженных Сил. Тогда я подумал: «А как же подаренное оренбуржцами знамя?»
В 1987 году в Воронеже, встречаясь вторично с учениками школы № 39, я увидел внесенное пионерское знамя и красное подаренное полотнище.
Как же это знамя оказалось в школьном музее школы, носящей имя 195-й стрелковой дивизии? Энтузиаст, учитель истории Виталий Васильевич Решетов, прошедший боевой путь дивизии от Воронежа до Болгарии, создал прекрасный музей.
И. Лунев, г. Оренбург, 1990 год.
Жителей Оренбургской области пытаются «вербовать» на осуществление незаконных действий: поджогов, подрывов и других терактов. Часто…
По информации Северного территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области с 1 сентября 2026 года…
Культурно-просветительский проект «Лето в парке» завершил сезон 2026 года вчера, 28 августа, большой программой «Искусство…
В Абдулинской межрайонной больнице сложилась добрая традиция накануне 1 сентября поздравлять детей сотрудников, которые в…
В течение двух дней, 27 и 28 августа, в Москве проходил Всероссийский форум ветеранов специальной…
На городские маршруты Орска выйдут семь обновлённых трамваев. Вагоны, 2012–2013 годов выпуска, прибыли из Краснопресненского…